Мэр, который не стал губернатором

Вторая годовщина со дня ареста Игоря Пушкарёва проходит на фоне назначений мэров крупных городов руководителями различных регионов

Ровно два года назад был арестован глава Владивостока Игорь Пушкарёв. Спустя несколько часов после штурма его дома в пригороде краевой столицы и обысков на рабочем месте стало известно, что мэра обвиняют в превышении должностных полномочий и коммерческом подкупе при организации поставок материалов для строительства и ремонта дорог Владивостока в период подготовки к Саммиту АТЭС-2012. В этот же день неожиданно для всех градоначальника этапировали в Москву, показательно заламывая руки за спину под прицелом федеральных телекамер. Тогда это были единственные броские кадры в телевизионных сюжетах, так как при обысках правоохранительные органы не нашли ничего интересного — ни коробок с деньгами, ни драгоценностей, ни десятков швейцарских часов. В любом случае жители города и политики региона были в некотором шоке. Пушкарев избирался мэром в 2008 году, будучи не бедным человеком, и все знали, что он довольно активно, в-общем, публично работал на своём посту. Поэтому наблюдатели сразу начали искать политический аспект в уголовном деле мэра. Надо сказать, что по прошествии двух лет уже мало кто сомневается в том, что виной всему именно политика.

Вне логики и закона

За два года в деле мэра Владивостока произошло много событий, которые ставили под сомнение принцип верховенства закона. Порой в действиях судебно-следственных органов не было и логики. Первые месяцы после ареста прошли для Пушкарёва в условиях тотальной изоляции. Следователи и суды сразу и демонстративно наложили вето не только на возможность смягчения меры пресечения, но и свидания с семьёй, а также телефонные звонки. Аргументация была обыденной и простой – подозреваемый может скрыться от следствия (в том числе на катере или вертолете) или надавить на свидетелей. Кроме официальных пресс-релизов следствия, какой-либо полноценной информации о деталях обвинения долгое время не было.

Только через несколько месяцев после ареста защита мэра огласила подробности, и в общественном мнении стала формироваться позиция о том, что обвинения против Пушкарёва юридически несостоятельны. Одной из главных статей в деле мэра Владивостока было «злоупотребление должностными полномочиями» (ч. 3 ст. 285 УК РФ). По версии следствия Пушкарёв содействовал выигрышу в тендерах на поставку стройматериалов компании Востокцемент, принадлежащей его родственникам, что привело к ущербу для городского бюджета на сумму 158 млн. рублей и образованию кредиторской задолженности более чем на 800 млн. рублей. Однако на первых же заседаниях суда по продлению меры пресечения адвокаты Пушкарёва сообщили, что по образованному долгу истекли все сроки давности, а фактического ущерба быть не могло, так как за материалы не было оплаты со стороны Администрации Владивостока. В конце 2016 года компания «Востокцемент» официально признала факт прощения задолженности и предоставила все необходимые подтверждающие документы. Представители мэрии опять же официально подтвердили данный факт федеральным СМИ. Пользуясь редкими возможностями публичных выступлений, которые предоставлялись ему лишь в судебных заседаниях по продлению ареста, об этом же настойчиво говорил и сам Пушкарев.

Подобное развитие событий с правовой стороны поставило в ступор сторону обвинения. Больше четырёх месяцев по делу Игоря Пушкарёва не проводилось никаких следственных мероприятий. Как бы в ответ на это мэр и его защита где-то через полгода после ареста начали активно использовать медиа. Весной 2017 года на фоне «поплывшего» первоначального обвинения Пушкарева дополнительно обвинили в получении взятки от родного брата-инвалида, экс-директора компании «Востокцемент» Андрея Пушкарёва, также привлеченного к уголовной ответственности в рамках данного дела. При этом следствие в своих формулировках отмечает, что взятка была передана в неустановленном месте и неустановленное время.

Более того, под взяткой понимались такие вещи как установка охранной сигнализации и родственные подарки. У журналистов и экспертов сразу не было сомнений, что обвинением во взятке следователи в генеральских погонах просто «крепят» начавшее разваливаться дело. Кроме того, взятка — статья более тяжкая. Высказывалось мнение, что тут попахивает не только политикой, но уже и большой экономикой. Семья Пушкаревых владеет крупнейшим на востоке России цементным холдингом. Предприятия «Востокцемента» являются весьма лакомым куском, особенно на фоне намерений государства продолжать крупное инфраструктурное строительство на Дальнем Востоке. Впрочем, тогда, в 2017 году, в кулуарах адвокаты Пушкарева явно давали понять, что вопрос продажи бизнеса не стоит даже под угрозой многолетнего заключения.

Пожалуй, именно тот момент можно считать переломным в деле Игоря Пушкарёва. После обвинения во взятке следствие уже не стеснялась допускать перекосы в своих интересах. Одним из таковых стало решение об изменении территориальной подсудности по уголовном делу, принятое в обход чётко прописанных положений уголовно-процессуального кодекса. Таким образом, 27 февраля 2018 года первое заседание по делу Пушкарёва произошло не в Ленинском районном суде Владивостока, а в Тверском суде Москвы. Для того чтобы разобрать мотивы следователей в пользу переноса дела и выслушать все доводы защиты против этого, Верховному Суду России в конце 2017 года потребовалось три полноценных дня судебных заседаний.

Обратная стороны «системы»

31 мая состоялось уже шестнадцатое по счёту слушание по существу уголовного дела. За это время из 120 томов материалов было оглашено только 40. Адвокатское сообщество отмечает, что таким темпами дело Пушкарёва будет рассматриваться в Москве ещё минимум год, не говоря уже о дальнейших подачах апелляций. Однако на сегодняшний день мало у кого есть сомнения в том, что приговор Игорю Пушкарёву будет обвинительным, а с учётом добавленной в дело «взятки» от родного брата, ещё и весьма суровым.

Все участники процесса, а также внешние наблюдатели понимают, что сейчас просто необходимо соблюсти все формальности: огласить материалы дела, заслушать свидетелей, дать слово сторонам в прениях. Причём некоторые части этого процесса, по версии следствия, можно ускорить. Недавно Игорь Пушкарёв в своих социальных сетях рассказал, что следствие выступило с ходатайством оглашать показания свидетелей без их приглашения в суд.

Дело Пушкарёва показало, что когда преследование носит формат политического или экономического заказа, полностью исключить сценарий обвинительного приговора не в силах ни лучшие адвокаты (они у Пушкарева и правда неплохие), ни общественный резонанс (которого за год активной медиа-защиты всё же удалось добиться), ни даже обращения к главе государства (в августе 2017 года, перед очередным приездом Владимира Путина во Владивосток в крупнейших федеральных СМИ появились обращения Игоря Пушкарева к Президенту). На сегодняшний день «система» настолько глубоко проросла во все процессы, происходящие в современной России, что лекарство от неё пока никто не нашёл.

Однако в случае с Игорем Пушкарёвым мы говорим о «системе» не как о государстве, а как о непубличной стороне принятия решений, где представители различных сфер влияния используют своё положение в интересах, часто отличных от государственных. Наглядно та самая «система» проявилась сравнительно недавно в истории с главой Серпуховского района Александром Шестуном, который на свой страх и риск опубликовал запись своего разговора с рядом представителей федеральных властных и силовых структур. И, как ни странно, именно в рамках данного разговора человек, которого Шестун обозначил как генерала ФСБ Ивана Ткачева, сказал, что дело Игоря Пушкарёва – следствие вмешательства той самой «системы», когда наличие или отсутствие «политической крыши» влияет на исход любой ситуации. Конкретно случай мэра Владивостока голос предполагаемого генерала на опубликованной аудиозаписи обозначил так: «Владивосток, какой красавец был, его там на руках носили». Тем самым собеседнику из Серпухова дают понять, что если уж после всех посаженных губернаторов и такого популярного мэра посадили, то это, при необходимости, может произойти и с ним. К слову, по материалам дела Пушкарева имя генерала Ткачева всплывает не раз и не два.

Не в то время, не в том месте

В мае этого года прошла традиционная волна отставок представителей губернаторского корпуса. В ряде субъектов Российской Федерации на места временно исполняющих обязанности губернаторов были назначены мэры крупных городов. В частности, врио главы Республики Саха стал Айсен Николаев, до этого возглавлявший Якутск, Тюменскую область возглавил мэр Тюмени Александр Моор, а врио Магаданской области был назначен успешный глава Нижнего Тагила Сергей Носов. В связи с этим экспертное сообщество вновь невольно затронуло вопрос возможных развилок политической карьеры Игоря Пушкарёва, который, по мнению многих, вполне мог бы рассчитывать на губернаторский пост. Говорили даже о том, что быть бы Пушкареву губернатором после Миклушевского, не закуси он удила в борьбе с ним в 2015-2016 года. В подобных разговорах есть определённый смысл и даже логика, однако это никак не связано с реальным положением дел, которое на тот момент сложилось в Приморском крае.

Игорь Пушкарев избрался на должность главы Владивостока уже зрелым политиком, понимающим, как работают механизмы в государстве. Одним из важнейших качеств в условиях той политической действительности была системность, с которой у Пушкарёва не было никаких проблем. Именно благодаря системности Пушкарёву и его команде удалось подготовить Владивосток к Саммиту АТЭС, привлекая все имеющиеся ресурсы, в том числе со стороны своей семьи. Системность стала главным аргументом в губернаторской кампании 2014 года, когда Игорь Пушкарёв не выдвинул свою кандидатуру на выборы, где, без преувеличения, мог бы выиграть у Владимира Миклушевского, что называется, «в одни ворота». И именно системность способствовала тому, что Администрация Владивостока, несмотря на конфликт между Пушкарёвым и Миклушевским, выполняла все свои функции и чётко следовала поставленным задачам.

Многие говорят, что выдвижение Пушкарёва на праймериз «Единой России» в 2016 году было фатальной ошибкой, которая была расценена губернатором и Москвой как претензия на кресло спикера краевого парламента. Однако если посмотреть внимательно на состав кандидатов того избирательного сезона, то станет видно, что блок Пушкарёва состоял из 5-6 лояльных ему людей, большая часть из которых выдвигалась так же от «Единой России». Конечно, авторитет Пушкарёва был велик на тот момент, но хватило бы его, чтобы склонить «губернаторское» большинство в Законодательном Собрании и саботировать дальнейшую работу, добиваясь отставки Миклушевского? Скорее всего, нет.

Во всей этой истории истина лишь одна, и она заключалась в том, что Игорь Пушкарёв действительно когда-то хотел стать главой Приморского края, обладал для этого необходимым опытом и политическим весом в среде региональных элит (многие представители которых непублично одобряли его амбиции на фоне проблемного губернатора). Именно с этим был связан его отказ в 2013 году возглавить Читинскую область, где он родился, а в 2016 году — отказ от настойчивого предложения выдвинуться в Государственную Думу по округу № 63, где в итоге был избран его коллега — глава Артёма Владимир Новиков. Он трезво оценивал свои силы и понимал уровень собственных возможностей и амбиций. Однако подобный региональный патриотизм был воспринят его главным политическим оппонентом как угроза политической стабильности. И именно после этого свою роль сыграла «система».

События 2016 года, а также возможный сценарий захода команды главы Владивостока в краевой парламент, останутся интересной страницей в политике Приморского края. Однако, как известно, история не терпит сослагательных наклонений, и сложно сказать, как было бы на самом деле. Сегодня можно утверждать одно – Игорь Пушкарёв не ушёл в забвение, как многие политические арестанты последних лет. В отличие от того же экс-главы Приморья Владимира Миклушевского, которого многие вспоминают не добрым словом и по сей день, Игорь Пушкарёв остаётся в памяти многих приморцев как политик с большой буквы. И, конечно, говорить о продолжении политической карьеры Пушкарёва пока слишком рано, ведь в первую очередь она зависит от него самого. Но каким бы ни было решение шестого мэра Владивостока, ему уж точно не придётся отмывать своё имя от грязи, а это для таких как он, не пустой звук.

Похожие сообщения